Лилит: Клятва на крови [Гарри Поттер] - Мара Вран

В этот момент в малой гостиной на первом этаже, которая примыкала к кухне, произошло нечто странное. Старинный, давно заложенный кирпичом камин вдруг издал низкий гул. Каменная кладка пошла рябью, как вода от брошенного камня, и растворилась в воздухе. Вспыхнуло изумрудно-зеленое пламя — это был закрытый, полностью автономный канал Летучего пороха, настроенный исключительно на родовое поместье Лилит и пробивший защиту Гриммо благодаря сложной алхимии, завязанной на крови хозяйки.

Из зеленого огня с тихим хлопком появилась фигура.

Это была Тинки. Домовой эльф семьи Лилит выглядела так, словно сошла с картинки из пособия для высшей аристократии. На ней была идеально чистая, накрахмаленная до хруста белая тога с аккуратно вышитым гербом поместья на груди. Ни единого пятнышка. Большие глаза Тинки светились преданностью, а длинные уши гордо торчали вверх.

С поразительной для ее маленького роста силой она выволокла из камина три огромных, элегантных кожаных сундука, доверху набитых одеждой, книгами и личными вещами Лилит.

— Тинки прибыла! — торжественно и звонко пискнула эльфийка, отряхивая невидимую пылинку с тоги. — Тинки принесла вещи для своей любимой хозяйки!

Она уверенным шагом направилась на звуки голосов и вышла на кухню.

Молли от неожиданности выронила щетку, а Кикимер замер, вытаращив глаза на внезапно появившуюся гостью.

Тинки остановилась посреди кухни. Ее огромные глаза пробежались по закопченному потолку, грязному полу, остановились на Молли, а затем медленно, с нарастающим ужасом, перевелись на Кикимера.

Если бы эльфы могли падать в обморок от нарушения этикета, Тинки бы уже лежала на полу.

— Что… что это за место? — пролепетала Тинки, прижимая длинные пальцы к щекам. — Почему здесь так грязно? И кто… кто этот оборванец?!

Кикимер оскорбленно выпрямился, насколько позволяла его сгорбленная спина.

— Оборванец? — прохрипел он, выпуская кубок. — Кикимер — верный слуга благороднейшего и древнейшего семейства Блэков! А ты кто такая, выскочка в чистой тряпке, ворвавшаяся в дом госпожи?

Тинки возмущенно ахнула. Ее уши угрожающе опустились.

— Тинки — старший эльф поместья моей госпожи Лилит! — гордо заявила она, выпятив грудь. — Тинки следит за порядком! А ты, мерзкий неряха, позоришь расу домовых эльфов! Посмотри на свою наволочку! Она стоит колом от грязи! Тинки никогда не видела такого позора! Если бы Тинки позволила себе ходить в таком виде, она бы сама прищемила себе уши дверью духовки!

— Сумасшедшая эльфийка смеет указывать Кикимеру… — зашипел Блэковский домовик, делая шаг вперед и скаля кривые зубы.

— Прекратите оба! — Молли хлопнула в ладоши, пытаясь перекричать назревающий конфликт. Она посмотрела на Тинки, и ее взгляд тут же смягчился. Идеально чистый эльф, который явно знал толк в уборке, был бальзамом на душу миссис Уизли. — Здравствуй, милая. Значит, ты эльф Лилит?

Тинки сделала идеальный, глубокий реверанс.

— Да, мадам. Тинки пришла через защищенный портал, чтобы принести вещи моей бедной, храброй хозяйке. Тинки не может позволить, чтобы ее госпожа носила чужие свитеры, когда у нее есть прекрасные платья из лучшего шелка!

Кикимер громко и презрительно фыркнул, возвращаясь к полировке кубка:

— Притащила тряпки для девчонки, которая водится с предателями крови и грязнокровками. Дом осквернен. Хозяйка Вальбурга сошла бы с ума…

Тинки задохнулась от возмущения. Она схватила со стола чистую скалку и угрожающе замахнулась на Кикимера.

— Закрой свой грязный рот, кусок немытой сажи! Еще одно слово о моей госпоже Лилит, и Тинки вымоет твой язык с мылом!

Шум кухонной перепалки разнесся по всему первому этажу.

Лилит спускалась по лестнице, когда услышала до боли знакомый, пронзительный голос. Ее сердце радостно екнуло. Она ускорила шаг и почти вбежала на кухню.

Ее пышная аметистовая грива розовых волос водопадом рассыпалась по плечам, слегка путаясь от быстрого шага. В безразмерном, чуть потертом домашнем свитере и плотных штанах она выглядела необычно по-домашнему, но ее глаза мгновенно зажглись теплом при виде маленькой фигурки.

— Тинки! — выдохнула Лилит, падая на колени прямо на каменный пол кухни и распахивая объятия.

Эльфийка бросила скалку, и на ее огромных глазах навернулись слезы величиной с виноградину.

— Моя госпожа! Моя маленькая, сильная госпожа! — Тинки бросилась к ней и крепко обхватила Лилит за шею своими тонкими ручками, рыдая в голос. — Тинки так волновалась! Тинки чувствовала магические всплески! Тинки собрала ваши любимые вещи, ваши крема, вашу мягкую пижаму!

Лилит гладила эльфийку по вздрагивающей спине, и в этот момент Сириус, привлеченный шумом, лениво прислонился к дверному косяку. Он был в расстегнутой на пару пуговиц рубашке, рукава закатаны до локтей, а в руках он крутил недопитую кружку кофе.

Он перевел взгляд с плачущей от счастья Тинки на Кикимера, который с брезгливым видом забился в угол, а затем на Лилит с ее растрепанными аметистовыми волосами.

— Трогательное воссоединение, — усмехнулся Сириус, делая глоток. — Не знал, что у тебя есть личный поставщик контрабанды, Лилит. И как, скажи на милость, этот образец стерильности пробил защиту Фиделиуса?

Лилит поднялась с колен, вытирая влажные глаза и гордо вздернув подбородок. Розовые пряди упали ей на лицо, и она небрежным, изящным жестом откинула их назад.

— Тинки привязана к моей крови, Блэк, — с легким вызовом ответила она. — Там, где я, там и она. У нее доступ к нашему родовому камину, который не отслеживается Министерством. Так что можешь не переживать за безопасность своей драгоценной пыльной пещеры.

— Пыльной пещеры! — снова возмутилась Тинки, поворачиваясь к Сириусу. Эльфийка уперла руки в бока. — Тинки в ужасе от этого места, мистер Блэк! Вашему эльфу место на помойке, а не в приличном доме!

Сириус расхохотался, откидывая голову назад. Этот смех был искренним, хриплым и неожиданно заразительным.

— Мерлин, Лилит, я обожаю твоего эльфа! — сквозь смех выдавил он. — Тинки, дорогая, я пытаюсь объяснить это Кикимеру уже месяц, но он считает, что грязь — это признак аристократии.

Кикимер злобно заскрежетал зубами:

— Хозяин Сириус смеется над Кикимером вместе с сумасшедшей эльфийкой… Разбил сердце матери, а теперь издевается над верным слугой…

Тинки подошла к Кикимеру вплотную. Из-за ее накрахмаленной тоги она казалась